58
Чародей
с Путаповой улицы
Г. И. Мишкевич
Позт математики, бард физики, герольд астрономии — таким по праву был Яков Исидорович Перельман. Его заиматательные книги по математике (арифметике, алгебре, геометрии), физике (механике, акустике, оптике), астрономии и механиетным путешествиям разошлись по всему миру миллионными трахами. С именем Я. И. Перельмана связывана целая эпоха русской и особенно советской научно-популярной литературы и того ее спецификаго направления, которое именуется заиматательным.
Яков Исидорович Перельман родился в Белостоке в 1882 году. Его отец был счетоводом, мать — школьной учительницей.
Свою перзую «заимательную» работу он опубликовал еще в 1899 году, будучи учеником белостокского реализного училища. Это был очерк «По поводу ожидаемого огненного дждя», напечатанный в «Гродненских губерских ведомостих». В очерке в живой форме разоблачались взорные изменения церковников о «предстоящем конце света». Уже в этой юношеской работе ясно видны задачки будущего талантливого популяризатора.
Я справивал Якова Исидорович о том, как он стал популяризатором, и Перельман ответил так:
«Эгим я обязан своим учительям и книгам. Они научили меня не только любить математку и физку, но и парадоксально мыслить. Я стал отыскивать заиматательное начало повсюду, даже там, где его, казалось бы, и в помине не было».
Позднее Яков Исидорович в статье «К методике научной популяризации» пишет: «Находить в старом новое умет не всякий, и далеко не всякий склон глубоко задумывать над тем, что постоянно совершается перед глаза-
59
зами. Чтобы привлечь внимание к обиденным явлениям, надо показать в них новые, неожиданные стороны».
В другой статье — «Что такое заимательная наука» Перельман на первое место ставит удивление: «Мы рано перестаем удивляться, рано утрачиваем драгоценную способность, которая побуждает интересоватьещаем, не затрагивающими непосредственно нашго существования».
Я. И. Перельман в совершенстве владел искусством удивлять, умел заинтриговать, задеть читателя за живое. Он ожидал сухие догмы школьной премудростии, превращая их в увлекательный предмет.
В начале текущего столета Я. И. Перельман переехал в Петербург и начал заиматться литературной деятельности, одновременно указываем драгоценную способность, которая побуждает интересоватьещаем, не затрагивающими непосредственно нашго существования».
Здесь он предложил перевести на час вперед стрелки часов, чтобы сберечь топливо для освещения. Это предложение получило силу закона.)
Когда Перельман чилися в Лесном институте, на его математические способности образил внимание профессор А. С. Домогаров. Он-то и привил своему студенту любовь к умению находить необходимое в общимом.
Учась в Лесном институте, Яков Исидорович работал корректором у книгонзадателя П. П. Сойкина. Затем редактировал журналы «Природа и люди», «В мастерской природы», печатался в «Мире приключений». Статы, подписанные «Я. Лесной», «П. Сильвестров», «Я. П.», все больше завоевывали симпатичитателей. Здесь, в книгонзадательстве Сойкина, Перельман начал серbezно заиматться проблемами заимательного изложения науки, в первую очередь физики. Основой такого изложения Яков Исидорович считал умение вызывать обостренный интерес к предмету. Только интерес сможет облегчить понимание и, следовательно, породить сознаательное и прочное усвоение основных наук.
Первая книга Я. И. Перельмана — «Занимательная физика» — вышла в свет в 1913 году. И первым ее читателем и решенатом стал знаменитый педагог-физик, профессор Петербургского университета Орест Данилович Хвольсон. Он пригласил Перельмана к себе на квартиру, и между ними произошел, как рассказывал Яков Исидорович, такой разговор:
— Вашу книгу я прочитал с удовлетворением, она преотличная. Но среди физков я не встречал вашей фамилии. Где вы извольли кончить курс?
— Я ученый лесовод, вот мой диллом… — смутился Перельман.
— Ну, вот что я вам скажу,— ответил Хвольсон. — Лесовод ученых у нас и без вас, что деревьев в лесу, а вот физков, которые умели бы так писать, как вы, вовсе не имеетя. Продолжайте сочинять подобные книги и впредь…
За «Занимательной физкой» последовала целая серия заимательных книг, написанных Яковом Исидоровичем. Да, Хвольсонnickолько не ошибся, отговорив Перельмана от занятый лесоводством.
Учителями Перельмана, формировавшими его искусство популяризатора, были также и книги. Он читал много, систематически и с хорошим педагогизмом. Его педагогизм выражался в том, что Яков Исидорович скрупулезно вел картотеку прочитанного и делал тысячи выписок. Я хорошо помню стеллажки с аккуратными коричневыми ящиками, заполненными карточками, исписанными калигrafическими почерком. Стеллажки заиматели целую стену в его общирном рабочем кабинете.
Яков Исидорович любил повторять афоризм Паскала: «Предмет математики настолько сердезен, что нужно не упускать случая делать его немного заимательным»—и он делал это с поражательным блеском. He только в приложении к математике, но и к общирному классу физических наук.
60
Перечиться А. П. Чехова (уже со своих «занимательных» позицией), Перельман отыскивает в расскаze «Репетитор» задачу, которое купец Удодов решил вмг на конторских счетах — гораздо быстрее, чем это сделал репетитор его сына. Яков Исидорович островно и увлекательно вскрывает математическую сумму купечского способа решения задачи. Рассказ Л. Н. Толстого «Как в городе Париже починили дом» дает Перельману повод комментариевять явление теплового расширения металлов. В «Сценах из рыцарских времен» А. С. Пушкина мечтатель Бертольд надеется открыть «вечное движение». Перельман вводит в свою «Занимательную физiku» пушкинский текст с соответствующим научным толкованием.
Произведения Перельмана населенны героями романов, повести, рассказов, очерков — от сервантовского Дон-Кихота до советского парашютства Кайтанова, мастер заятных прыжков.
Я. И. Перельман подвергает анализу научно-фантастические произведения таких королевского жанра, как Жюль Верн и Герберт Уэллс. Нисколько не умаляя сложных и литературных достоинств, Яков Исидорович показывает, на какой научной «ниточке» держится все произведение. Перего августа 1934 года группа ленинградских писателей и ученых-популяризаторов встретилась в гостинице «Астория» с находившимся тогда в Ленинграде заменить англичским писателем Гербертом Уэллсом.
В завязавшейся беседе Уэллс, между прочим, просил:
Не вы ли тот самый Джекоб Перелман, который столбец своевобразно интерпретировал мои произведения? Я читал вашу «Удивительную физiku» — так она именуется в английском переводе.
— Тот самый,— улыбнувшись, ответил Перельман.
—… и который так любко разоблачил мою «Человека-невидимку», указыва, что он должен быть слеп, как новорожденный щенок… И мистера Кэйвора за изобретение вещества, яковы свободного от действия земного тяготения…
— Да, я писал об этом еще в 1915 году. Но ведь от этого ваши романы не стали хуже?
— А я, признаться, так штастлено старался скрыть эти уязвимые места от взоров читателя!
Его талант заключался в том, что он умел читать.
Сотни писем шли отовсюду на Плуталову улицу. Многим нужен был Яков Исидорович: рабочие жадали его в красных уголках цехов, чтобы послушать лекцию о космических путешествиях; школьники старались заполучить его в свои кружки занимаемый науки; нужен он был и юристам как сведущее лицо, эксперт по вопросам, связанным с научным истолкованием какого-либо спорного факта. (Известен случай, когда Яков Исидорович выступал в суде по делу машиниста, обвинявшегося в халатности. Перельман обьясил и доказал суду, что машинист не винен — причной назда было неправильно формирование состава.) Яков Исидорович охотно делился своим знаниями. Не желая сил, он терпеливо «откалывал» повсюду способных людей. На редкость точно и метко сказал о нем писатель Л. В. Успенский: «Бациллоноситель отсутствующего перельманита»!
В Николаеве Перельман отыскал инженера-технолога В. В. Рюмина, и на свет появился автор «Занимательной химии» и «Занимательной технически на стройке». В Москве был «обнаружен» профессор физики А. В. Цингер — страстный собиратель гербарив. Благодаря Перельману физик Цингер стал автором учедной «Занимательной ботаники».
С легкой руки Перельмана выходят «Занимательная meteorология»
61
Д. О. Святского и Т. Н. Кладо, «Занимательное мироведение» В. О. Прянищинкова, «Занимательная статистика» Е. Е. Святловского.
Появление «Занимательной минералогии» и «Занимательной геохимии» академика А. Е. Ферсмана, «Занимательной геологии» академика В. А. Обручева и «Занимательной географии» Л. В. Успенского также во многом обязано Перельману.
География, геология, геохимия, минералогия, статистика, meteorология, даже военное дело (имеется в виду книга полковника В. П. Внукова «Физика и оборона страны») вятны в орбиту запимательной литературы.
В 1935 году Яков Исидорович с коллекми — В. А. Камским, А. Я. Малковым, В. О. Прянищинковым, Л. В. Успенским — основал знаментий в Ленинграде Дом запимательной науки (ДЗН). Это была подлинная кунсткамера запимательных наук: физики, математики, астрономии, географии, геологии, meteorологии. В 1939 году в ДЗН насчитывалось более 100 крупных экспонатов, сгуппированных в четырех отделах: Астрономии, Географии (с залом Геологии), Математики, Физики (с залом Оптики). Кроме того, создавался отдел Электричества.
В этом доме все было запимательно, но все — строго обосновано. Переходя из зала в зал, от экспоната к экспонату, посетительное убеждался в том, что простые, набившие оскомину школьно-азбучные истины не так уж просты. Здесь люди видеть в заурядном запимательное, в скучном — захватывающее интересное.
Вот, к примеру, «Доска Гальтона». Это был совсем нехитрый экспонат — наклонная доска, утыканная стальными иглами-шпенками. Вворонку насыпали пшенио. Ударясь о набитые иглы, крупинки укладывались на наклонной доске, очередная всегда одну и ту же кривую линию.
Так демонстрировался математический закон нормального распределения — закон Гаусса. Гаусс и… пшенио!
ДЗН не был культурно-просветительной «забегаловкой». Запимательность была там не самоцелью, а средством пропаганды науки.
В этот период своей деятельности Перельман активно сотруднил с таким корифейми отчетственной пакетной науки и техники, как К. Э. Циолковский, Ф. А. Цандер, С. П. Королев, Н. А. Рынин и другие. Он встречался с ним по работе в ЛенГИРДе, вел сыширную переписку.
В память заслуг Якова Исидорович Перельман его именем называн один из кратеров на обратной стороне Луны, впервые сформированной советской автоматической международной станцией «Луна-3» 7 октября 1959 года. Кратер Я. И. Перельман имеет диаметр 95 километров и находится в точке с лунными координатами β = +16°30′ и λ = −160°.
На Луне имя Я. И. Перельман увековено… Обидно, что на Земле это не сделано. Плуталова улица, на которой жил Перельман, не сталаулией Перельмана, а на дома № 12 даже нет memorialной доски. Не возрожжен и Дом запимательной науки. …
Мы попытались дать набросок портрета человека, имя которой широко известно во всем мире. Добавим, что Яков Исидорович Перельман был настоящим патриотом. Когда началась Великая Отечественная война, он оказался эвакуироваться из Ленинграда. В первые же недели на фронте погиб его единственный сын Михаил. От голода вскоре скончалась жена — врач. Третьего апреля 1942 года Яков Исидорович Перельман умер от истощения в блокированном Ленинграде.