24
Антоон Павлович Чехов о неизнании иностранных языков. «Зачем я не знаю языков? Мне кажется, беллетристику я переводил бы великоелепно. Когда я читаю чужие переводы, то произвожу в своей мозгу перемены слов и перестановки, и получается у меня нечто легкое, эфирное, подобное кружевам».
Зависть белая! Она ведь не порок. Наборот, один из сильнейших стимулов в любом творчестве. Приди она к писателю раныше, заставь его изучать языки, и мы читали бы теперь произведения многих зарубежных авторов в переводе Чехова. Но этого не произшло. Правда, не ясно, нужно ли нам сожалеть об этом.
Я был там словно глухонемой
…Успех всякой умственной деятельности зависит главным образом от того, насколько макая деятельности сочетается с желанием овладеть предметом
П. Хэгболдт
Знаете ли вы, сколько существует на свете языков? Ученые полагают, что около трех тысяч языков и примерно столько же «мертвых»!
Язык является как наукой, так и средством обшения. Как наукой языком интерсуются в основном только языковеды. Но любой человек, независимо от его наклонностей, всегда интерсуютя языком как средством обшения. И как средство обшения языка, несомненно, доступен каждому независимо от его способностей.
Ах, с каким бы удовлетворием я себя выпорол!
«Не знаю языков. Ах, с каким бы удовлетворием я себя выпорол! Без знания языков чувствуешь себя, как без паспорта». Вот как горько сожалет великий мастер русского слова
Мнение, что всякий образованный человек обязательно должен в той или иной степени владеть иностранным языком, прочно вошло в нашу жизнь. И mnение этоникто не пытается опровергнуть, дабы не бытьскомпрометированным и не прослить невежной. Более того, если раныше школьник слышал о пользованию языка (а заодно и учил его) с пятого класса, то теперь все это зачастую начинается уже в детском саду и передко не кончается даже с завершениям образования. Таким образом, число лет, отведенных на изучение одного иностранного языка, получается двухчанным. Но факт этот, несомненно положительный, не в полной мере соответствует закону о перехождение с качеством. Речь идет о многократно наблюдаемом явлении: те, кто по много лет изучают иностранный язык, в конеч-
25
ном итоге либо не владеют им совсем, либо почти не владеют.
Недавно из поездки в Лондон вернулся один мой знакомый. Талантливый математик, он блестящие зашитил докторскую диссертацию, когда ему не было еще тридцати лет. Несмотря на свою молодость, он завоевал авторитет в науке, работы его были переведены на многое языки, и вот ему предложили поехать в Англлюд для встречи и обмена опытом с зарубежными коллегами. В этой поездке советскую делегацию сопровожделал переводчик, и молодой ученыый, хотя он и не говорил на английском языке, чувствовал себя уверенно, даже не подозреваю о трудностях, с которых предстояло ему столькося.
《Я был там словно глухонемой, — жаколовся он по приезде, — никакого контакта с зарубежными математики не получилось. Доклад свойя с помощью переводчика сделал, на этом все и кончилось. Русский язык там почти никто не знает, а я не владею английским. Литературу по своей специальности читаю на трех европейских языках, но говорить не могу ни на одном из них. Переводчик? Переводчик хорошо знает языку, но не математику. Я пытаемся вести научную беседу через переводчика, но получалось очень длинно и как-то беспомощно, так как он обычно не мог уяснить себе даже субъесть проблемы. Да разве можно требовать от переводчика знания математики, физики и других наук? А вот мне бы не мешало овладеть навыками английской речи в школе, инструкте и спирантype, где я этот язык изучал. Тогда я не придавал ему никакого знания и, «проходя» его тринадцать лет, фактически прохолим mismo него. Вот я и наказан. Поездка, от которой я так много ждал и которая могла бы привести мне столько пользы, оказалась пустой…».
Итак, еще один человек, который бы с удовлетворением себя выпорлза то, что сам себя ограничил.
Самооргравление, кстати, будучи явленем, в существии, редким, при изучении иностранных языков стало почти закономерностью. А о причине этой закономерности несложно договорается, прочитав высказывание Питера Хэгболдта.
В известном сборнике «Физикиprodолжаютшитить» (М., «Мир», 1968) напечатана новелла о том, что думал о целесообразности изучения иностранных языков представители типичного «не языковых» профессии.
Говорят, что великий физик Гибсб был очень замкнутым человеком и обычно молчал на заседаниях ученого совета университета, в котором он преподавал. Но на одном из заседаний, когда решался вопрос о том, чем уделять в новых учебных программах больше места — математике или иностранным языкам, он не выдержал и произнес речь. «Математика — это язык!» — сказал он.
Что же мнение придерживался и мой знакомый. До некоторых пор.
На каком, собственно, языке вы делали доклад?
Кто возьмет на себя смелость утверждать, что овладеть иностранным языком — дело не хитroe? Разве что тот, кто никогда этим не знамался. А вот пытаемся ли кто-нибудь установить, насколько хорошего налададь иностранным языком, чтобы использовать его в своей работе, не попадая при этом в курьезную ситуацию? Это, по-видимому, не пытается сделать никто. А практика между тем показывает, что разница между независимым языком и знанием его «постолько-поскольку» порой веса незначительная! В уже упоминав-
26
шемся сборнике есть прекрасный пример такого «знания».
Известный венгерский физик Лео Сцилард читал свой первый доклад на английском языке. Последдая к нему подошел физик Джексон и спросил: «Послушайте, Сцилард, на каком, собственно, языке Вы делали доклад?». Сцилард смутился, но тут же нашелся и ответил: «Разумеется, на венгерском, разве Вы этого не поняли?». «Конечно, понял. Но зачем же Вы натолкали в него столько английских слов? — отпарировал Джексон.
Пример этот не только весма поччителен, но и полезен: он помогает определять минимальный уровень владения языком.
Определение это можно сформулировать так: уровень владения иностранным языком не должен быть нижемою, при котором иностранное безошибочно узнет в нем свой родной язык.
А что, если знать все слова?
Вилка 1. Предмет из столового прибора в виде ручки с двумя, преемя или четмырьязьями, который берет иkladум в ром куски пищи. 2. В различных областях механики — орудие, присрособление или какое-нибудь устройство в виде был, с развоенной концом. 3. В шахматной церем — положение, при котором пещка урожаем сразу двум фигурам.
Только словарь русского языка
15 сентября Вчера поспорил с Сергеем, что к концу года выучу все английские слова. Вот удивится Анна Ивановна! Анна Ивановна — самая лучшая наша учительница. Ничего ей пока говорить не буду . . .
25 октября Больской словарь открыл и закрыл. Его наверняка былникогда не осилл. Я взял пока маленький, на 10 000 слов. Учу слова на «A». Серга сметется, говорит, чем словарь зубить, лучше рыбок разводить . . .
12 ноября СEROния на уроке Анна Ивановна сказала, что для того, чтобы научиться говорить по английски, надо больше читать. А я вот так, например, думало: чего жчитать, когда слова еще не все знают?
Сначала все слова надо вычитать, а потом уже браться за чтение. Начал читать слова на «B» . . .
28 декабря Как-то получается. Слово знаю, а в тексте его не узнал. В четверти по английскому тройка вышла. Столько слов знаю, а говорить пока совсем не могу. Ничего, вот когда все слова выучу, тогда наверняка заговорю. Еще две четверти впереди . . .
23 января СEROния не выдержал и все расскаазал Анна Ивановне. Не могу больше слова читать. Пока на «В» учил, на «A» все заблились. Столько вызывил слов и все без толку: ни говорить, ни читать, ни переводить лучше не стал. Только время зря потратил. Прав был Серга, чем словарь зубить . . .
Из дневника Витки Л. ученика 7-го класса
Успех всякой деятельности, несомненно, во многом зависит от того, какие методы использются для его достижения. Это в полной мере относится к изучению иностранных языков. По количеству методов, использующих для их изучения, иностранные языки занимают положый, одно из первых мест. Правда, по качеству этих методы далеко не равноценны, но каждый из них не прееменно находится себе поклонников.
Так, известный французский метод Гузн, обладая феноменальной памяти, взял только немецкий словарь и, вореки головным утверждением Витки Л., что это, десять, невозможно, выучил из него наизусть все слова. Кроме того, он основательно освоил немецкую граматнику. Полягая, что всестороннее овладел языком, Гузн поехал в Германию слушать лекции в университете.
Велико, однако, было его разочарование, когда он обнаружил, что, несмотря на приобретенный им «багаж», он не только не понимает немецкой речи, но и сам ничего не может сказать. Говорить и поннимать — вот чему, оказалось, он не научился.
Но в чем же дело? Почему, не смотря на вложенный труд, «словоизубрежный» метод не принес успеха?
Прежде всего, видимо, потому, что любое слово живет полной жизни
27
только во фразе. Взятое отделлено, оно мертво. Мертвым оказался и весь «словарный запас» Гузна.
К тому же в разных предложениях одно и то же слово может иметь не только разное, но даже противоположное значение. Так например, английское слово odds переводится как переменство, разновласие, преимущество, шансы.
Совершенно очевидно, что значение одного из значений этого слова не дает возможность даже угадать другие его значения.
Слово odds — не исключение. Большинство слов в языке имеют не одно, а множество значений, которые позволяют из множества фраз путем языкового опыта. Из одного предложения можно узнать только одно значение слова.
Таким образом, читит нас языковый опит, а не словарь. Словарь — лишь посредник при первом знакомстве, и злоупотреблять им не следует.
Залог успеша
Со значением должно быть обязательно связано умеение…
Печальное явление, когда долова ученика наполнен большим или меньшим количеством знаний, но он не научился их применять, так что он не приходимся ксказам, что хотя он коe-что знаем, но ничего не умеет.
А. Дистерверг
Из чего же складывает языковый опит и как его приобретится?
Если мы обратимся к толковому словарю за значением слова «опыт», то получим определенное, которое, несомненно, поможет нам ответить на поставленный вопрос. Согласно толковому словарю опит — это совокупность практических условий знаний, умений, навыков.
Значит, для накопления языкового опита необходимо, прежде всего, практическое применение полученных знаний. Иными словами, для того, чтобы научиться говорить и поннимать, писать и читать на иностранном языке, следует как можно чаще это делать, используя для этого всею висхивную информацию, поэтому при выборе книг на иностранном языке желательно сочетать приятное с полезным и читать то, что вас особенно интересует, — будь то классика, приключенияская литература или детективы. Кроме того, старшеклассик рекомендуется читать интересующие их статьи из иностранных научно-популярных журналов, так как это подготовливает их к чтению зарубежной литературы по выбранной специализации.
Важно также соблюдать следующие правила: читать систематически, прочтитьать ежедневно хотя одну страницу иностранного текста.
Далее, при чтении на иностранном языке по возникновении следует
28
избегать перевод. Перевод зачастую сравнивают с костыlem, который нам не нужен, когда мы можем ходить без него. «Ходить» в данном случае означает читать так, чтобы улавливать содержание, не остававливаясь на форме. Полное понимание при чтении приходит только с практикой.
Это же относится и к психанию «на слух». «Научить» своеухо воспринимать иностранную речь не менее важно, чем научиться говорить, писать и читать на этом языке. Нередко даже хорошо владеющие языком люди, впервые оказываись за границей, чувствуют себя понacular растерянными, ничего не понимая из того, что говорят вокруг. У них даже создается впечатление, будто они слышат магнитофонную запись, восприизводимую на повышенной скорости. Однако через некоторое время оценение беспомощности проходит, так какухо постепенно адаптируется к непrivычному темпу речи.
Научиться понятие «на слух» — одна из основных задач при изучении иностранного языка. Для этого необходимо постояния практика. Иначе говоря, чтобы научиться слышать, надо как можно больше слушать.
Начинать лучше всего с пластинок, прослушивая один и тот же текст до тех пор, пока не будет достигнут полное его понимание. При выборе пластинок на иностранном языке следует придерживать того же принципа, что и при выборе материалов для чтения: «от простого к сложному».
Когда понятие пластинок не будет вызывать трудностей, можно начать прослушивание радиопередачи на иностранном языке. Воспринимать естественный речь, конечно, намного сложнее, чем работать с пластинкой или магнитофонной лентой. Но отмечаться, столько вызывать трудностями, не следует: понятие радиопередачи на иностранном языке приходит постепенно. Поэтому так же, как и читать, слушать речь на иностранном языке желательно ежедневно, удаляя этому бы минут пятнадцать.
Не правда ли, трудно представить себе шофера, который безупречно залыпила уличного движения, все приемы вождения машины, залыбы, как машина устроена, но… не умел бы ее водить? Не менее трудно вообразить себе математика, знающето множество формул, но не умело ими пользоваться при решении простейших задач. Зато ни у кого почему-то не вызывает изучения тот факт, что, много лет изучая иностранный язык, основательно усвоив его грамматику и выучив к тому же массу слов, многоне не могут заставить себя произнести на нем фразу. В чем же дело?
Учась выполнять математические операции, мы делаем ошибки и не стыдимся этого. Учась водить машину, шофер тоже неизбежно где-то ошибается, но продолжает свой путь. Но вот многое из тех, кто изучает иностранный язык, настолько страшатся (или стесняются) своих бокок, что предпочитают «правильно» молчать. Результат говорить сам за себя: никакому пока еще не доводилось научиться говорить, сохраняя при этом молчание.
Об этом же свидетельствует высокая извлеченность полиглота, член Академии наук Эстонской СССР, профессора Пауля Арнетз:
«… В языках я больше всего люблю и ценно возможность общения, живого разговора. Свои научные работы я пишу на 15 языках, а говорю на 20 языках. Эти «ножники» объясняются тем, что новый язык я начинаю учить с разговорной части.
… Уже больше 30 лет преподаю я в Тартуском университе иностранные языки. Мой главный принцип — как можно скорее заставить студентов «заговорить»… Те, кто стесняются, бося сделать ошибку в ударении, неправильно употребить тот или иной оборот, никака не научаться свободно говорить. Смелость, так же как и в любом другом деле, — залог успеха при изучении языков».