51
Луиджи Гальвани
(к 250-летию со дня рождения)
Известный иллюстриский физик и физик Л. Гальвани родился в 1737 году в Болонье. В 1759 году он окончил старый в Европе Болонский университет, получив ученое знание доктора медицини и философии. Потянулсь года направления практика, преподавание медицинских дисциплины в университете, собственные медицинско-биологические изыскания.
Сначала научные интересы Гальвани сосредоточились на сравнительной анатомии — главным образом птицы, но к 70-м годам ученый постепенно переключится на исследование по физиологическим нервов и мышц. Эксперименты подобного рода удобнее всего проводить на препаратах лягушки. Уже в 1773 году появляется работа по сокращению мышц лягушки, а через год — исследование влияния, оказываемого на ее nervы опитом.
Недивительно, что занятиесовершался Гальвани и действием на лягушечные nervы и мышцы электрических разрядов. Еще в середине века широкое распространение по лучили электристические машины и лейденские банки (накопители электричества), а опыты по действию электрических разрядов на живые организмы захватили иLABоратории естественнойателей, и великоветские салоны. Чаще всего объектом такого экспериментирования — порой небезопасного! — становился человеке электрической организации. Многие медиков занимала возможность применения электричества влечьных целях.
Гальвани поставил перед собой более скромную задачу — определение количественных характеристик действия электрического разряда на nervы и мышцы. В опытах, начатых, по-видимому, в 1780 году, он прикасался к лягушечей лапке проводником, соединенным с кондуктором электрической машины, и пытался установить связь между интегиивностью конвульсовых сокращений мышцы и силой электрического разряда. Ученый проводил множество экспериментов и уже склонился к мышсли, что основные характеристики явления выясены. Но, как писал он впоследствии, «легко ошибиться в исследовании и считать виденным и найденным то, что мы желаем увидеть и найти». Неожиданно обнаружилось, что при разряде электрической машины лягушечья лапка держается в сильные сокращения, которые совпадают по времени с молнии и представовали грому». Не явилось неожиданным и то обстоятельством, что лягушечь лапки поддерживают — хотя и так активно — и без молний, когда небо заволакивал темные тучи или низко проПливавали облака. Казалось бы, все ясно: поддерживания про-
52
искодят под действием атомсферного электричества.
Однако столб определеного вывода Гальвани все же сделал. Дело в том, что даже в тихую безоблачную подду ему передко доводилось наблюдать конвульсивные сокращения лягушечных препаратов, подвешенных к железной решетке балкана на проводочных крючках, протыхавших спинной мозг животного (вероятно, это проискодило, когда дуновение ветра проводило лапку в контакт с прутьями решетки). Но, как это часто бывает, когда возникла мысль специально по наблюдать за этим эфектом, он почти перестал появляться: «Я стал наблюдать препараты в разные часы в течение многих дней, но едва заметил несколько мышенных сокращений. Утомленный ожиданием, я изогнул и плотно прижал к решетке крючок, пропущенный через спинной мозг… Теперь сокращения появлялись передко, однако вне всякой связи с изменением атомсферы или электричества».
Поскольку выходило так, как будто атомсферное электричество роли, во всяком случае главной, не играет, Гальвани решил по возможности вообходимся от его влияния и пересечить опыты в помещение. Дальнейшие систематические наблюдания привели его к следующим выводам: а) при соединении проводником бедренного herва (он прохит в области спинного мозга) с мышей лягушечей лапки наблюдаются, но не всегда, слабые сокращения препарата; б) если соединяется плотный проводник составлен из двух разных металлов, например из меди и цинка, всегда наблюдаются сильные сокращения.
Результаты десятилетних исследований Гальвани опубlikовал в 1791 году в «Тракте от электрических сил при мышечных движениях». Эта работа быстро извести средние инталянских и зарубежных медников и естественными телеями, которые сразу принялись повторять описанные эксперименты. Для объяснения всего комплекта наблюдающих явлений Гальвани выдвинутел теорию «животного» электричества, т. е. электричества, во всем подобного «искусственному» или «естественному», но выражавшегося самим организм животного. Ученый полагал, что изученные им сокращения лягушечных препаратов являются следствием электрического разряда, пропускшего, когда металлический проводник соединяет нервы и мышцы, которые функционируют как накапливающие «электрическую жидкость» обкладки лейденской банки.
Теория Гальвани была встречена с энтузизаом большимством ученных, в том числе его соответствием А. Волтой (1745—1827), считавшимся одним из ведущих специалистов по электричеству. Однако в рассудлении своего коллеги Волта сразу же обнаружил существенное упущение. В самом деле, как это нистрано, но Гальвани не только не попытался истолковать, но и вообще не придал знания тому твердо установленному им удвигательному факту, что мощные сокращения препаратов наблюдаются лишь в том случае, если соединенный проводник состоит из двух разородных металлов! Занявшись решением этой задаки, Волта уже в 1793 году приSEL к выводу о том, что из опытов Гальвани «ником образом нельзя заключить о действительном существовании животного электричества». «Я прошел опыты,— писал он далее,— которые обнаруживают такой же переход электрической жидкости в случае, когда металлические разницы родились приложены не к животным тканим, а к каким-либо влажным предметам, например к бумаге, коже, суну и т. д.» Прошло еще семь лет, и начавшиеся с «загадки Гальвани» исследований Волты привели его к великуму открытию — к изображению «волтова стольба», первого гальванического элемента, открывшего человека через эру электрического тока.
Гальвани в это время уже не было в живых — он умер в Волнье в 1798 году. До последних дней Гальвани оставался верным своей теории животного электричества — теории, представляющей большимство ученных полностью опровергуют работами Волты и других физических. А между тем еще в 1794 году Гальвани описал опыты, в которых электрические эффективы в лягушечных препаратах наблюдаются без применения каких-либо металлических приспособлений (далее само преарирование он произвольил стеклянным скальпелем!).
Только через полостления учены начали осознавать, что представления Гальвани животном электричестве далек не беспочувены. Возникла общирная медицинская дисциплина — электрификация, и подобно тому, как физики причислют Гальвани к зачинателем учения об электричестве, электрификационных считают его основной положкой свойя науки. При этом стоит добавить, что электрические явления в биологических тканях оказываются гораздо более сложными, чем в неживой природе, и реализны успешно в выясении их «механизмов» удалось достичь лишь в нашей времени.
В. Е. Явелов