25
Полненный ориентированный по вертикали парамет чисел ( нормально расположенными или перевернутыми), первый компоненты которых обозначают номера страниц одной, а второй — другой стороны бумажного листа.
На рисунке 1 приведена одна из возможных схем книжной терминологии. Наозем поря до к складывания пополам листа нормально мы, если последняя страница будущей терради ни разу не перевор�aчивается и после складывания она пригодна для сшивания по корешку (все сгибы здесь вложены друг в друга).
На рисунке 2 показано, как посредством нормального складывания из листа, приведенного на рисунке 1, получить соответствующее террадь.
Нетрудно показать, что для случая терради из 8 страниц существует только одна схема, из которой нормальный складыванием можно ее получить. Для случая терради из 16 (или 32) страниц таких схем уже несколько.
Задание
- Составить всевозможные схемы книжной терради № 5 упомянутой книги, из которых нормальный складыванием можно получить террадь с неперепутанным страницами. Указать соответствующий каждой схеме порядок нормального складывания.
- Та же задание для терради с перепутными страницами.
- Указать наиболее разнональный способ исправить ошибку печатика.
Конфуз с «Обратной теоремой»
Не часто, совсем не часто прибегают писатели к математической терминологии. А художственное произведение с «математическим названием» — вообще большая редкость. Поэтому не могла не привлечь к себе естественного интереса повесь А. Жаренова «Обратная теорема» (журнал «Искатель», 1972 г., № 2).
Скажем сразу, о математике как такое в повести речь специально не идет. Там расссказывается о жизни Виктора Назарова, однажды нечестным путем завладевшего веса крутиной суммой детей. Собственно, деньги были целым и смыслом его жизни. Однако после этого его жизнь, вместе того чтобы стать, как он надялся, счастливой и безоблачной, наполнилась сплошными кошмарами и постоянным страхом перед возмездием. Обогащение Назарова стало известно уголовным элементам, и за «подпольным миллионером» устроили настоящую охоту, окончившуюся его убийством. Параллельно с жизньописанием Назарова разворачивается детективная линия повести — расследование этого представления.
Вот как описывает автор тяжкие размышления Назарова, на создание которого постояно давит совершенное им представление:
«В тумане лицо школьного учителя математики: «Дети, теоремой мы называем такие рассуждения… Если в теореме заключение сделать условием, а условие заключением, то первый будет прямой, а вторя обратной… Дети, если верна прямая теорема, то это еще не значит, что верна и обратная ей…»
(окончание см. на c. 47)