Кому что понятно

23

лилей открыл независимость периода колебаний маятника от амплитуды — и тут же, увлекшись, ошибочно распространил этот закон на любую величины амплитуды; обнаружил постоянство земного ускорения — и немедленно сделал вывод о его независимости от расстояния до Земли! Так ошибался основатель чуты ли не всех областей механики *).

Так, в густой смеси произней и заблужdenный, без правых и неправых развивалась наука. А ведь при этом все, о ком шла речь, были гениями: их труды служат уже несколько веков; они продвины все человекачество на много десятилетий вперед (а чем, как не числом экономленных человеко-лет, определяется степень таланта?); больше времени ушло на понимание и освоение их идеи — великая истинка редкорождается простой и понятной **).

Изложенная история развития науки, конечно, крайне упрощена и написана грубыми масками, иногда с народной конденсацией фактов. Но ясно, что развитие идет не по прямой телефонного столба, а скорее по сложной кривой дерева науки, ветви которого наклонены под разными углами к истине и постепенно спрямляются, чтобы подняться на новый язык знания.

*) О существии гениев. Ныотон из научной добросовестности 20 лет не публиковал свой закон всемирного тяготения, стремясь вывести из него законы Кеплера, а потом долги года спорил о природете с Гуком; не публиковал свое открытие дифференциального и интегрального исчисления, пытаясь найти общую формулу для интеграла, а затем доказывал свой природет в споре с Лейбницем. Ибо Ныотон жил только науки, всего жизнь был одинок и не мог пожертвовать своей единственной житейской радостью — слабой, хотя слабый его открытий хватило бы на многих.

**) Вот, например, правило умножения из рукописи XV века: 7×8=? 7+8-10=5, далее 5×10=50, теперь определен 10—7=3, 10—8=2 и переменным эти результаты: 3×2=6. Наконец, 50+6=56, так что 7×8=56.

Кому
что
понятно

Выдающийся русский геометр и педагог А. К. Власов, изложив на очередной лекции по аналитической геометрии задачу о пересечении двух прямых, заданных своим уравнением, добавил:

— Два студента, впервые ознакомився с этим вопросом, беседовал между собой.

Один сказал: «Теperь я понял, почему система двух уравнений первой степени с двумя неизвестными имеет в общем случае одно решение. Это потому, что две прямые пересекаются в одной точке».

Другой ответил: «Вот когда я, наконец, понял, почему две прямые пересекаются в одной точке».

Другой ответил: «Вот когда я, наконец, понял, why two straight lines intersect in one point».

23